Wordshop 4 — Вирусные роликиНовостиThe end of print. Отчет о лекции Владимира Добровинского.

«The end of print» {книга Дэвида Рэя Карсона называется «The End of Print», он же «Крандец Печати»}, — сказал однажды основатель «калифорнийской волны» и один из столпов постмодернистской «шумной» типографики Дэвид Рэй Карсон и положил начало новой эпохе, «когда нет правил, можно всё, и всё со всем сочетается».

Пресытившейся в конце 90-х «новым футуризмом» старушке Европе, да и Новому Свету, потребовалось максимальное очищение графического языка от «декоративных синкоп». В области типографики потребовалась простая, понятная и универсальная доктрина, возвращающая первоначальный смысл букве, строке, полосе набора, вербализованному пространству, где каждая графема (единица шрифта) стала самоценным знаком и носителем креатива.

Появилось целое поколение мастеров, для которых типографика была искусством сознательной, почти научной организации знаковых систем в информационном пространстве.

Не удивительно, что в начале ХХI века типографику захлестнула волна неоконструктивизма. Один из ярких представителей — Leonardo Sonnoli. Для вдохновившего Леонардо конструктивизма 20-30х годов характерна черно-белая стилистика, ему не нужны дополнительные цвета. Конструктивизм подобен черно-белому немому кино. Фильмы с Чарли Чаплиным черно-белые, но разве кто-нибудь сможет усомниться в том, что они гениальны?

Leonardo Sonnoli говорит о том, что типографика должна быть универсальной, что любой материал в природе сам по себе может быть графемой. Его студенты изготавливали графемы из чернил, мыла, жести, кожи, травы, равиоли, сыра и т. д., тем самым внедряя шрифт в окружающую среду. Плакаты доктора Soon Lin, как он сам себя называет, отличают не только игры с буквами и трехмерные оптические эффекты, но и графические рифмы (когда два элемента рифмуются между собой). В своих плакатах он также использовал прием полиндромии — сообщение читается как слева направо, так и справа налево.

Еще одним интересным приемом в типографике являются игры с контентом. Яркий пример — плакат, пропагандирующий музыку, современную и классическую одновременно. Имена на плакате перемешаны неслучайно. Вы слушаете Ludwig van Cobain, Herbert van Presley?

И еще один плакат, который мне особенно запомнился, посвящен персидскому плакатисту Morteza Momayez. На первый взгляд, на нем изображены два черных пера (фрагмент национального персидского ковра). Но это лишь на первый взгляд. Morteza Momayez носил густые черные усы. Плакат это четко подметил, использовав минимум выразительных средств.

Отдельная часть лекции была посвящена уличной типографике. Большинство сообщений социальной рекламы обращены к целевой аудитории, которая много времени проводит на улице. Поэтому сообщения, стилизованные под граффити, тэги, надписи на заборе, воспринимаются лучше. Целевая аудитория воспринимает их как «уличные послания».

И в заключение цитирую лектора Владимира Добровинского: «Плакат не нужно объяснять, он должен быть понятен индейцу».

Так что, уважаемые индейцы, как видите, объяснять вам никто ничего не собирается, думайте сами!

Осторожно! Мы заразились типографикой! То ли еще будет...

Ломакина Анна.